culture

Восстание из пепла Александра Печерского


07.09.2012

Вчера в рамках 25-й Московской международной книжной выставки-ярмарки состоялась презентация книги Александра Печерского «Восстание в Собиборовском лагере», опубликованной издательством «Гешарим — Мосты Культуры» при поддержке фонда «Преображение».

В мемориальное издание вошли репринт книги «Восстание в Собибуровском лагере», которая впервые была напечатана еще во время войны, в 1945 году, и очень быстро стала библиографической редкостью, а также отрывки из воспоминаний Печерского, запрещенные к публикации цензурой и не издававшиеся ранее.

Список именитых гостей мероприятия, в числе которых, к примеру, были указаны журналисты и телеведущие Николай Сванидзе и Владислав Флярковский, бард Юлий Ким, режиссер Роман Виктюк и адвокат Генри Резник, заранее настраивал на то, что читателю будет представлен фундаментальный труд. Однако «труд» оказался маленькой книжечкой карманного формата и объемом чуть более 100 страниц — казалось бы, что нового она может рассказать миру и почему не была опубликована раньше?

Восстание в Собиборе — единственный за всю историю удавшийся массовый побег заключенных из нацистского лагеря смерти. О трагической судьбе самого Александра Печерского, организатора и предводителя восстания, известно многим. Но одно дело читать сухую энциклопедическую статью, и совсем другое — изложенные простым незамысловатым языком, а потому гораздо более красноречивые, воспоминания очевидца. План побега казался в буквальном смысле сценарием к блокбастеру. И то, что это было на самом деле, и было именно так, одновременно ужасало и восхищало. При этом ни разу на страницах книги не появилось слово «еврей» — оно было вымарано редактором еще того, первого издания 45-го года.

Судьба Александра Печерского не уникальна, и от этого кажется еще более поразительной. Он родился в 1909 году в Кременчуге Полтавской губернии в еврейской семье. В 1915 году семья переехала в Ростов-на-Дону, где Александр закончил школу-семилетку. Был простым служащим, руководил кружком самодеятельности. В первый же день войны был призван в армию, а в октябре 1941 года попал в плен. Началась борьба за выживание в нечеловеческих условиях: тиф, который Печерскому удалось скрыть от немцев и чудом выжить, штрафная команда в городе Борисове, «еврейский подвал», куда его и других евреев заточили после медицинской комиссии и где он выжил с товарищами, простояв 10 суток в кромешной темноте и тесноте, трудовой лагерь в Минске и, наконец, Собибор. Он пробыл в лагере меньше месяца, и за это время смог возглавить существовавшее еще до его прибытия подполье и организовать массовый побег, в ходе которого планомерно были убиты 12 эсэсовцев. Из 600 заключенных 400 бежали и 200 из них выжили.

«У меня есть большой недостаток, — писал Печерский впоследствии, — я не умею защищать свои интересы, я становлюсь бессильным. Если бы в лагере я пытался один бежать, то провалился бы, но когда решалась судьбы других людей, я более здраво решал вопросы».

После войны Печерский со всего света получал множество писем от выживших благодаря ему заключенных Собибора. Юлий Эдельштейн, министр информации и по делам диаспоры Государства Израиль, назвал Печерского «человеком, поднявшим рабов на битву за свободу».

Однако судьба самого Печерского, как и большинства героев его поколения, сложилась скорее трагически. Штрафбат, тяжелое ранение, гонения в эпоху сталинского антисемитизма, невозможность устроиться на работу в течение пяти лет, жизнь в коммуналке...

В Голливуде был снят фильм о восстании в Собиборе, в израильском городе Цфате именем Печерского названа улица, в Бостоне установлена стеклянная стела с его именем. В России — ничего.

«Сколь ярким и беспримерным был подвиг А. Печерского, столь же глухим и безнадежным было забвение, — написал Николай Сванидзе в предисловии к книге. — Ни улицы, ни площади его имени в Ростове-на-Дону пока нет. Не удостоен он пока ни единой награды...»

Но сам Печерский не забывал. Всю жизнь, рискуя собственным благополучием, он занимался розыском и перепиской с бывшими собиборовцами. Вплоть до своей смерти в 1990 году Печерский добивался сохранения памяти павших и наказания преступников. На основании показаний соратников Печерского был осужден Иван Демьянюк, охранник Собибора. «Люди должны знать правду о фашизме и понимать, что фашизм — это действительность, а не выдумка евреев», — говорил Александр Печерский.

«Эта книга — восстание из пепла», — так охарактеризовал ее издатель Михаил Гринберг.

Выступавший на презентации книги журналист Владислав Флярковский отметил: «Историческая дистанция имеет коварное свойство: поддерживать подвиг всех и растворять подвиг каждого. Поэтому я выражаю почтение и благодарность издателям этой книги о человеке, имеющем фамилию, имя и отчество, о человеке, совершившем конкретный подвиг. И выражаю восхищение тем, какой большой вес может иметь маленькая книжка».

«Я не люблю акцентировать внимание на этническом происхождении кого бы то ни было, — сказал в свою очередь Николай Сванидзе, — герои и негодяи национальности не имеют. Не следовало бы делать этого и сейчас, если бы не одно “но”, заключающееся в том, что подвиг Печерского замалчивался в течение многих лет, и его судьба сложилась так, как она сложилась, потому что он имел именно это этническое происхождение — потому что был евреем. Причина в страшном государственном советском антисемитизме... Сейчас есть государство, которое отрицает Холокост, есть люди, в том числе и в нашей стране, которые солидарны с этим государством. Есть люди, которые говорят, что евреи не принимали участия в войне, что они скрывались по норам, что они сидели в Ташкенте, что их спасал Сталин и если бы не Сталин, то где бы они сейчас были... В свете этого мы можем сказать, что этот герой и советский офицер был этническим евреем. Это ничего не меняет в подвиге Печерского, это просто позволяет нам лучше понять обстановку того времени и то, почему его подвиг остался в безвестности. Таким людям нужно ставить памятник, и я надеюсь, что это произойдет».

Издание книги Печерского, поддержанное министром информации Израиля Юлием Эдельштейном, стало первым шагом в процессе увековечивания памяти руководителя восстания. По инициативе Российского еврейского конгресса на доме, где жил Печерский в Ростове-на-Дону, была установлена мемориальная доска.

Переиздание воспоминаний А. Печерского имеет и важный идеологический аспект, о котором в предисловии написал Н. Сванидзе: «Книга о войне и ее героях — это вклад в борьбу с фальсификаторами нашей истории — как за рубежами нашей страны, так и внутри нее».

В июне президенту Владимиру Путину было направлено ходатайство о награждении Александра Печерского посмертно, подписанное рядом известных российских и израильских деятелей культуры, в числе которых режиссер Роман Виктюк, поэты Александр Городницкий и Игорь Губерман, певец Иосиф Кобзон, врач Леонид Рошаль, писатель Дина Рубина, литературовед Мариэтта Чудакова и другие. На состоявшейся в июне встрече израильского министра информации Юлия Эдельштейна и Владимира Путина российский лидер поддержал инициативу увековечить память об Александре Печерском, сказав, что «в данном направлении мы будем работать вместе».

Но пока государственные и общественные деятели будут «вместе работать» в верхах, нам, простым читателям, стоит прочесть эту маленькую, но бесценную книгу. Ведь память — это не только памятник в камне, это, в первую очередь, знание и признание в душе.

Материал подготовила Надя Гутина

На эту тему:

ТЕГИ

НОВОСТИ ТОП 15

Колумнистика

Мой Шолом-Алейхем

Мой Шолом-Алейхем Петр Люкимсон:
Уже потом я понял, что эти шесть пухлых томов Шолом-Алейхема вместе с двенадцатью томами собрания сочинений Фейхтвангера были в еврейских домах чем-то вроде мезузы, тайного пароля. Если, заходя в незнакомый дом, ты видел их стоящими рядом на полке,...

Брак в большом городе

Брак в большом городе Маргарита Шварц:
Недавно я села и честно посчитала, сколько отвергнутых мною в разные годы кавалеров успели стать чужими мужьями. Получилось – 9 штук. У иных даже успели народиться дети, а я все еще не решаюсь завести хотя бы кошку. Мои фотографии продолжают где-то...

Наши интервью

Тайны Ноева ковчега

Тайны Ноева ковчега В продолжение бесед о Торе, науке и религии крупный бизнесмен и ученый, фигурант списка Forbes и филантроп Эдуард Шифрин рассказал,...

Тамара Гвердцители: «Еврейская кровь наконец вскипела»

Тамара Гвердцители: «Еврейская кровь наконец вскипела» Говорят, от смешения кровей рождаются красивые и талантливые дети. Но когда в союз вступают грузинская и еврейская кровь – происходит...