history

«Наполовину Валленберг, наполовину еврей»


26.12.2014

В издательстве Corpus вышла книга шведского писателя и переводчика Бенгта Янгфельдта «Рауль Валленберг. Исчезнувший герой Второй мировой», первая полная биография Праведника народов мира Рауля Валленберга на русском языке. В ней не только раскрыты подробности его деятельности по спасению евреев в Будапеште в 1944 году, ареста офицерами Красной армии и пребывания на территории Советского Союза. Книга повествует об истории жизни Валленберга до Будапешта и СССР, во многом объясняя, как принадлежность к знаменитой шведской династии повлияла на становление его характера и совершенный им подвиг. О своем новом исследовании Бенгт Янгфельдт рассказал в интервью Jewish.ru. 


— Вы славист, автор известных книг о Маяковском и Лиле Брик, Якобсоне, Северянине, Бродском. И вдруг, — а может быть, и не вдруг, — среди героев ваших книг появляется такой персонаж, как Рауль Валленберг. Почему он?

— На самом деле идея была не моя. Обычно, когда я пишу такие большие и сложные вещи, я предпочитаю, чтобы инициатива исходила от меня: все-таки ты вкладываешь столько интеллектуальной и эмоциональной энергии, причем на несколько лет. Но здесь было вот как. Как раз после того как книга о Бродском («Язык есть Бог. Заметки об Иосифе Бродском» — Прим. ред.) была готова, один мой знакомый, работавший в шведском МИДе, спросил, знаю ли я, что через два года Валленбергу исполнилось бы сто лет. Честно говоря, до этого я не особенно Валленбергом интересовался. Хотя для шведа это неминуемо, ведь это такое известное имя, оно в течение пятидесяти лет все время возникало в прессе: ходили слухи о том, что он еще жив, что кто-то его где-то видел. И я подумал: действительно, почему бы и нет? У меня тогда не было никаких профессиональных планов на будущее. Но я хотел писать не только и не столько о «деле Валленберга», о его миссии в Будапеште, о том, как он исчез в Советском Союзе. Я хотел написать настоящую биографию. Он все-таки член знаменитейшей семьи. Валленберги — наши Рокфеллеры или Ротшильды, главная шведская финансовая и банковская династия.

— Сложно ли было получить доступ к архиву Валленбергов?

— Архив Валленбергов — это научный, исследовательский архив по истории экономики, но там содержатся и архивные фонды членов семьи. Это не государственный, а частный закрытый архив, и, чтобы получить туда доступ, надо быть доктором наук, однако и это не гарантия. Я написал им, что хотел бы изучить жизнь Рауля Валленберга, его место в семье. И сразу получил положительный ответ, что удивило некоторых людей, потому что это очень щекотливый вопрос: всегда считалось, что семья не делала достаточно для того, чтобы выяснить, что именно с ним случилось.

— Тем не менее, когда вы начинали работать над книгой, многое уже было известно, много написано о его судьбе. Какие задачи вы ставили перед собой как перед исследователем? И с какими трудностями столкнулись в процессе работы?

— Действительно, о нем было много написано, главным образом статей, но и книг довольно много. Можно сказать так: те книги, которые написаны до 1989 года, совсем устарели. В 1989-м сестра и брат Рауля Валленберга получили с Лубянки его телефонные и записные книжки, а это поднимает изучение вопроса на другой уровень: можно установить, с кем он общался, и многое другое. Кроме того, эти книги написаны главным образом англоязычными журналистами, после того как Валленберг стал почетным гражданином Соединенных Штатов в 1981 году. Они не читают ни по-шведски, ни по-русски. В этих книгах сказано всего несколько слов о том, что он был из богатой семьи. Эту пустоту я хотел заполнить, что, как мне кажется, мне удалось сделать. Далее, о Будапеште тоже было написано достаточно много, но большая трудность в изучении биографии Валленберга заключается в том, что он как бы «пленник» трех языков — венгерского, шведского и русского. Мало кто знает все три языка. И вот здесь я столкнулся с проблемами: я не знал Венгрии и Будапешта, не знал венгерского языка. Я специально поехал туда, долго жил в Будапеште, чтобы просто понять, что это за город. Мне понадобилось несколько венгерских книг, и я получил деньги на их перевод на шведский. Все-таки я считаю себя ученым человеком, а не журналистом, и если что-то делать, то делать как положено, иначе это несерьезно.

— Что вам так и не удалось выяснить за время работы над книгой? А что, наоборот, стало неожиданным открытием?

— Может быть, мне не удалось выяснить ничего особенно нового о времени, которое он провел в Будапеште, тем не менее так подробно, как я пишу об этом периоде, раньше не было написано. Валленберг был известен главным образом тем, что выдавал защитные паспорта евреям. Но что я обнаружил среди десятков тысяч страниц документации шведского МИДа и что меня действительно поразило, так это то, что он был совершенно феноменальным администратором и организатором. Что касается последней трагической истории, его заключения в СССР, то, конечно, никаких новых документов со стороны, скажем, ФСБ мной не было получено. Но в шведском МИДе есть копии всего того, что было выявлено совместной шведско-российской комиссией в 90-е годы, и там действительно были очень интересные вещи. Один работник КГБ, юрист, в 1991 году, когда стало возможно об этом говорить в СССР, написал офицерам, имевшим дело с Валленбергом в Будапеште, и получил от них ответ. На основе этого я смог установить, как у него изъяли машину с драгоценностями, как его арестовали. Все это было в папках нашего МИДа, но никто этого не смотрел, потому что, во-первых, написано было по-русски, а во-вторых, очень трудно разобрать старческий почерк этих офицеров.

— Что означает для евреев имя Валленберга, понятно. А что оно значит в сегодняшней Швеции? И что значило в конце 1940-х годов, когда история спасения венгерских евреев там стала известна?

— Семья Валленбергов — это одно дело, одно время они отвечали за 40% шведской промышленности, им принадлежал главный банк страны. Сам Рауль был, конечно, неизвестным человеком. Это теперь он кажется нам такой представительной и солидной персоной, но в Будапеште ему было только 32 года. К этому времени он еще не успел сделать карьеры, у него были проблемы с семьей. Все называют его шведским дипломатом...

— Но ведь он не был дипломатом…

— Не был. Он был бизнесменом, и довольно неудачным. Провел ровно два дня в шведском МИДе, чтобы ознакомиться с документами, прежде чем поехать в Будапешт. Он не был известен в кулуарах нашего МИДа. Когда он исчез, никто даже не знал, кто это, поэтому его, по-моему, не особенно и старались отыскать: он не был одним «из наших». Что касается ближайшей семьи — матери, отчима, сестры, брата, — они с ума сошли от пассивности и равнодушия шведского правительства, как и от пассивности своих дальних родственников, которые тоже особенно не старались, а были заняты другим — торговым договором с Советским Союзом. Это все звучит довольно страшно. Я думаю, он действительно стал жертвой дипломатической игры. Но все изменилось в 1957 году, когда был обнаружен аттестат смерти, написанный Смольцовым. С тех пор имя Рауля Валленберга все время всплывало в прессе — в нашей, в американской, в английской. Я никогда особенно не верил, что он мог дожить до 70-х годов. Может быть, это звучит страшно, но я всегда думаю: если умирать в Советском Союзе, то лучше побыстрее. Чтобы не таскали по каким-то там институтам Сербского или лагерям.

— А как относятся в Швеции к Валленбергу-спасителю десятков тысяч евреев?

— Как вы знаете, нет пророка в своем отечестве. По всему миру уже давно открыто огромное количество памятников Валленбергу, особенно, конечно, в Америке. У нас же что-то в корне изменилось только в последние десять-пятнадцать лет, и особенно к столетию со дня его рождения. Только совсем недавно его именем была названа площадь в Стокгольме, начали появляться памятники, 27 августа признали официальным днем Рауля Валленберга. Но надо подчеркнуть, что запоздалость эта не связана с отрицательным отношением к евреям. Наоборот, в Швеции антисемитизма в принципе нет. То есть он появился в последние годы, но за счет мусульманских иммигрантов.

— Почему вы находите интересной сказанную им фразу «Я наполовину Валленберг, наполовину еврей»? Как в то время могла восприниматься эта фраза из уст члена такой семьи, как Валленберги?

— Он, действительно, иногда подчеркивал свою еврейскость. На самом деле он был на одну шестнадцатую часть евреем по матери, ее семья была одной из первых еврейских семей, иммигрировавших в Швецию в конце XVIII века. Думаю, что со стороны Валленбергов, то есть со стороны его родственников по отцовский линии, это могло вызвать некоторое недоумение, но, скорее всего, они об этих его высказываниях не знали.

Бенгт Янгфельдт с сестрой Рауля Валленберга, Ниной Лагергрен. Будапешт, июнь 2014
— Деятельность по спасению евреев в Будапеште он развернул буквально на глазах у немцев. Как так получилось, что нацисты достаточно спокойно относились к происходящему? И чем была гарантирована безопасность самого Рауля Валленберга?

— Речь идет об осени 1944 года. Союзники уже были во Франции и Италии, и все понимали, что все идет к концу. Немцы, убив 5,5 миллионов евреев, могли бы спокойно убить еще 200 тысяч в Будапеште — от этого их репутация не улучшилась бы и не ухудшилась. К этому времени они пытались связаться с западными союзниками, с Америкой и Англией, чтобы уговорить их сложить оружие и вместе пойти против Советского Союза, но сделать это не получилось. Я не исключаю, что они разрешили Валленбергу, а также швейцарцам заниматься в Будапеште этой деятельностью, чтобы выглядеть немного лучше в глазах Рузвельта и Черчилля. Что касается лично Валленберга, понятно, что у двоюродных братьев его отца, особенно у Якоба, были очень хорошие отношения с высокопоставленными немцами. Семья Валленбергов была очень влиятельной, и Якоб даже заручился какой-то защитой со стороны немцев, чтобы с Раулем в Будапеште ничего не случилось.

— Можно ли говорить о какой-то критике действий Валленберга в Будапеште?

— Конечно, можно. Особенно после того, как были найдены его телефонные книжки, где есть имена Эйхмана и других высокопоставленных нацистов. Он действительно пользовался всеми средствами, чтобы добиться своих целей. Его упрекали в связях с «темными силами». Я эту критику не совсем принимаю. Были, конечно, и пограничные случаи, когда он разрешал выдавать защитные паспорта нилашистам или нацистам — опять же для того, чтобы спасти своих людей. Не уверен, что Валленберг сам этим занимался: у него была достаточно большая группа доверенных лиц, которые могли взять это на себя. Это сложный вопрос, который не имеет ясного ответа.

— Почему, на ваш взгляд, сегодня в России нужна книга о Валленберге?

— С одной стороны, она нужна, потому что Россия не разобралась со своим прошлым, и в этом смысле важна, скорее всего, последняя часть книги, которая касается именно России. С другой стороны, у вас столько жертв собственного террора... Ведь трагизм Валленберга не в том, что он исчез, а в том, что он делал только добро, но в конце концов за это и сел. Его не понимали. Я могу себе представить, как он пытался объяснить советским офицерам, чем он занимался, а те не могли поверить, что человек из нейтральной страны добровольно мог поехать в Будапешт, чтобы спасать евреев. Для них это пахло чем-то другим. Неужели это вся история? А вдруг он шпион, работает на немцев? Любая такая книга нужна как напоминание. У меня для России другое пожелание: чтобы там со своим прошлым поступили так, как немцы поступили со своим. Но боюсь, что этого никогда не будет.


Беседовала Анастасия Хорохонова

На эту тему:

ТЕГИ

НОВОСТИ ТОП 15

Колумнистика

Танцы с Холокостом

Танцы с Холокостом Алла Борисова:
Дорогие евреи и сочувствующие! Иногда кажется, что весь мир против нас. Что наша трагедия – это так лично, что лучше не трогать, вообще не касаться, не бередить. Один неловкий жест, одна неверная интонация – и будет больно. Когда посреди глупых...

Смерть без ответа

Смерть без ответа Алина Фаркаш:
Я целый год, с четырнадцати до пятнадцати, пыталась отравиться – настолько невыносимой мне казалась жизнь. Тогда не было интернета, а медицинские справочники не отвечали на интересующий меня вопрос. Поэтому я придумала набрать побольше разных...

Наши интервью

Маша Слоним: «Во время обыска я заснула»

Маша Слоним: «Во время обыска я заснула» Голос Русской службы «Би-Би-Cи» Маша Слоним по воле своей английской бабушки ходила в деревенскую школу, а в юности, подобно деду,...

Генрих Штейнберг: «Я послушался Романа Абрамовича»

Генрих Штейнберг: «Я послушался Романа Абрамовича» Вулканологов в мире – не больше, чем космонавтов, и один из них – Генрих Штейнберг, испытатель первых луноходов и владелец крупного...