history

Ребята с виллы Эмма


12.02.2016

Жена берлинского раввина Реха Фрайер смогла до 1941 года переправить из Европы в Палестину более двух тысяч еврейских детей. Однако перед ее собственным отъездом в доме оставалось еще 45 сирот. Их под свое крыло взял хорват Йозеф Индига. Сначала он жил с ними в заброшенном охотничьем замке неподалеку от Любляны, потом – отыскал для них «виллу Эмма» в Италии, куда стали привозить и других еврейских детей. Именно здесь им удалось пережить Катастрофу, каждый день посвящая учебе, музыке и работе в полях.

18 июня 1945 года в порт Хайфы причалил испанский теплоход Plus Ultra. Это был первый корабль, приплывший в Палестину из Западной Европы после окончания Второй мировой войны. На борту его находилось 400 еврейских беженцев, переживших Холокост. В числе пассажиров был и 28-летний сионист родом из Хорватии Йозеф Индиг, сопровождавший 46 детей-сирот. Своим спасением они были обязаны жителям итальянского городка Нонантола, что под Моденой, в северной части Апеннинского полуострова. Там их будут помнить как «ребят с виллы Эмма». В период с июля 1942 по сентябрь 1943 года вилла Эмма, великолепная сельская резиденция на окраине Нонантолы, приютила 73 еврейских сироты в возрасте от 6 до 21 года, бежавших из Германии, Австрии и Югославии.

Дети Рехи

О возможности спасти еврейских детей перед лицом надвигающейся Катастрофы впервые задумалась Реха Фрайер, сионистка и жена раввина. Когда 30 января 1933 года Гитлер пришел к власти в Германии, Реха основала в Берлине молодежную алию. До 1939 года ей удалось отправить в Палестину несколько тысяч еврейских подростков из европейских стран и таким образом спасти их от геноцида.

С началом Второй мировой войны Рехе пришлось бежать в Югославию, куда вплоть до января 1941 года она смогла переправить еще более 100 еврейских детей и подростков из Германии и Австрии. Их отцы – в большинстве своем польские эмигранты – первыми подверглись преследованиям и были депортированы в концлагеря. Но всех детей Реха надеялась отправить в Палестину.

Сама она уехала туда в марте 1941 года, а за ней вскоре последовали 90 из ее ребят, для которых удалось получить сертификаты на легальную эмиграцию. Остальную же часть группы она поручила 24-летнему хорватскому еврею Йозефу Индигу, члену сионистской организации социалистического толка «Хашомер-Хацаир». Индиг, или Йошко, как звали его ребята, и будет сопровождать детей в качестве мадриха, руководителя, во всех их будущих скитаниях.

Лесной приют

Вскоре после отъезда Рехи и части ее ребят из Югославии королевство было оккупировано немецкими и итальянскими войсками. В результате было провозглашено Независимое государство Хорватия с марионеточным правительством, которое возглавляло националистское и антисемитское движение усташей. Начались преследования евреев.

Индигу удалось сохранить в тайне присутствие в стране ребят и организовать побег в Словению, оккупированную итальянцами. Хотя в 1938 году в фашистской Италии тоже вступили в силу расистские антиеврейские законы, евреев депортировать страна отказывалась, несмотря на протесты нацистских иерархов. В начале июля 1941 года Индиг вместе с 45 ребятами и девятью сопровождающими сели на поезд до Любляны. И тут произошло чудо. Итальянские власти не только впустили их на подконтрольную Италии территорию, но и дали им разрешение на дальнейшее пребывание, хотя въезд еврейским беженцам был запрещен.

По словам немецкого историка Клауса Фойгта, автора первого серьезного исследования об истории ребят с виллы Эмма, это стало единственным исключением из правил вплоть до конца фашистской диктатуры. «Быть может, фашист только что пытал или убил кого-нибудь, но слово “дети” резко поменяло его душевное состояние, – напишет потом Индиг в своих воспоминаниях. – Или, быть может, эти офицеры и солдаты не есть те самые фашисты, о которых рассказывают столько ужасов?»

Новым убежищем для ребят стал охотничий замок в Лесно Брдо, неподалеку от Любляны. Индиг снял его на деньги ДЕЛАСЕМ, итальянской организации, которая помогала евреям-эмигрантам. ДЕЛАСЕМ будет финансово поддерживать «детей Рехи» на протяжении всего их пребывания в Италии. В замке, окруженном лесом, жизнь детей вошла в более-менее нормальное русло, насколько это было вообще возможно в текущей ситуации. Провизию добывал эконом Марко Шоки (Марек Зильбершатц), смекалистый польский еврей. Йошко преподавал иврит.

Был у детей и учитель музыки, русский еврей Георг Бо́рис (Борис Йохведсон), чья необычная биография как нельзя лучше отражает катаклизмы, затронувшие Европу в ХХ веке. Борис родился в обеспеченной семье в Тифлисе, затем учился в Санкт-Петербурге у известного композитора Александра Глазунова. Он встретил февральскую революцию в Москве, будучи ее сторонником, но после октябрьской революции эмигрировал в Берлин, где до 1933 года был профессором в консерватории. Индиг, настольной книгой которого была «История русской революции, написанная отцами Коминтерна», искренне не понимал очень симпатичного ему Бориса: «Он был эсером. А почему не большевиком?»

Итальянские друзья

Весной 1942 года замок в Лесно Брдо оказался в центре боев между итальянскими войсками и словенскими партизанами. Убежище стало небезопасным, и в июле 40 детей и их сопровождающие во главе с Индигом отправились в Италию, получив разрешение министерства внутренних дел. ДЕЛАСЕМ сняла для них большую пустующую виллу в Нонантоле, неподалеку от Модены – виллу Эмма. В то время в Нонантоле проживало чуть более 10 тысяч человек, а главным занятием было сельское хозяйство. Когда 17 июля Индиг и ребята наконец добрались до конечного пункта, на перроне их встретили дружелюбно настроенные крестьяне, которые угостили детей только что собранными фруктами. Любопытство и непонимание, почему немцы преследуют этих детей, – такими были главные мысли местного населения.

В апреле 1943 года к 40 ребятами из Германии и Австрии, проживавшим на вилле Эмма, присоединились еще 33 еврейских ребенка (некоторые из них – совсем малыши) из Слита, города на побережье Далмации, тоже подконтрольной Италии. Туда они бежали из Боснии и Хорватии, где их отцы были арестованы и погибли в лагере Ясеновац, а матери, содержащиеся в концлагере Дьяково, были позже депортированы в Освенцим.

День обитателей виллы Эмма был в равной степени посвящен работе и учебе. Под руководством наемного работника Эрнесто Леонарди ребята пахали окрестные поля. Также они обучались плотницкому делу в организованной для них мастерской. Некоторые ребята помогали на складе ДЕЛАСЕМ, который был перевезен на виллу Эмма из Генуи в конце 1942 года. С ним же переехала туда и секция помощи беженцам вместе с ее замдиректора Гоффредо Пачифичи. Все на вилле сразу полюбили его за мягкий характер и прозвали Чичибý.

Руководство ДЕЛАСЕМ запретило ребятам выходить в город без сопровождения взрослых. Конечно, никто не соблюдал это правило: обитатели виллы Эмма тайком убегали в Нонантолу, гоняли мяч и купались с местной молодежью. Вскоре они уже бойко болтали по-итальянски. ДЕЛАСЕМ оправдывала свой запрет тем, что не хочет без повода раздражать местные фашистские власти.

Хотя, как напишет Индиг в своих воспоминаниях, среди жителей Нонантолы лишь немногие были убежденными фашистами. Были в городке и те, кто открыто выражал свое несогласие с режимом. Например, местный врач Джузеппе Мореали, антифашист и ценитель музыки. С ним у Индига и пианиста Бориса установились очень теплые отношения. Доктор познакомил их и с доном Арриго Беккари, молодым священником, экономом духовной семинарии при знаменитейшем древнем аббатстве Нонантолы.

И снова бегство

Именно Мореали и Беккари сыграли решающую роль в спасении ребят в критический момент. 8 сентября 1943 года маршал Пьетро Бадольо, ставший главой правительства Италии после свержения и ареста Муссолини 25 июля того же года, объявил о заключении перемирия с антигитлеровской коалицией. В тот же день немецкие войска оккупировали Северную и Центральную Италию. 12 сентября 1943 года Муссолини был освобожден из-под ареста и позднее поставлен Гитлером во главе марионеточного государства, образованного на оккупированной территории, – Итальянской социальной республики. Теперь евреев Италии ожидала та же судьба, что и их европейских собратьев.

В Нонантолу нацисты вошли 9 сентября ­– на вилле Эмма больше оставаться было нельзя. Ночью 30 человек вместе с Индигом укрылись в духовной семинарии с согласия ректора, монсиньора Оттавиано Пелати, не без настойчивых уговоров дона Арриго Беккари. Священники вместе с доктором Мореали задействовали свои контакты и нашли оставшимся членам группы убежища в домах местных крестьян и торговцев.

Однако долго скрываться было невозможно: нацистские обыски участились, в семинарии должны были возобновиться занятия после каникул. Нужно было бежать, но куда? На юг Италии, подконтрольный союзникам, через линию фронта – слишком опасно. Оставался один вариант – на север, в Швейцарию. Индиг и Гоффредо Пачифичи, тот самый Чичибу из ДЕЛАСЕМ, отправились в местечко Понте-Кьяссо на границе с Швейцарией, где через директора швейцарской транспортной фирмы они смогли связаться с сионистскими организациями по ту сторону Альп и получить разрешение на въезд в страну для своих ребят.

В период с 6 по 14 октября, поделившись на три группы, обитатели виллы Эмма добрались на поезде до Милана. В Нонантоле им всем выдали итальянские документы без обязательной пометки о принадлежности к «еврейской расе» – в момент бегства они очень пригодились. Границу нужно было пересечь в местечке Понте-Треза. Ночью, при помощи контрабандистов, борясь с сильным течением и рискуя попасться немецким пограничникам, все три группы перешли вброд реку Треза, на другом берегу которой находилась Швейцария. Там Индиг собрал большую часть своих подопечных в специальном институте по подготовке будущих переселенцев в Палестину. Как только закончилась война, они сели на поезд до Барселоны и оттуда отплыли на пароходе в Хайфу.

Канувшие и спасенные

Лишь один мальчик, прибывший из Сплита, 15-летний Соломон Папо, не смог отправиться со всей группой в Швейцарию. В момент бегства он был в санатории в Апеннинах, куда его направили практически сразу после прибытия на виллу Эмма лечиться от туберкулеза. Там его арестовали в марте 1944 года и депортировали в Освенцим, откуда он не вернулся. Погиб и Чичибу, Гоффредо Пачифичи. После бегства ребят он остался в Италии, чтобы помочь другим евреям переправиться через границу в Швейцарию. 7 декабря 1943 года фашистская полиция арестовала его вместе с братом в Понте-Треза, и 1 августа 1944 года их депортировали в Освенцим.

Альдо Дзаппала, режиссер недавно вышедшего в Италии документального фильма об истории ребят с виллы Эмма – «Спасти всех», считает, что это уникальный эпизод в истории тех лет. «17 июля 1942 года, в день, когда первая группа ребят прибыла в Нонантолу, – рассказал он нам, – произошла облава “Вель д’Ив” в Париже, в ходе которой было арестовано более 13 тысяч евреев, среди которых – четыре тысячи детей. Никто из них не спасся. Сопоставив эти два факта, мы понимаем, что в Нонантоле мы имеем дело не просто с историей спасения, но с абсолютно экстраординарным эпизодом».

За спасение 73 еврейских детей с виллы Эмма в 1964 году израильский музей памяти жертв Холокоста «Яд ва-Шем» удостоил доктора Джузеппе Мореали и дона Арриго Беккари звания «Праведник мира». Приглашение на церемонию в Нонантолу привез сам Индиг из Израиля. Врач и священник побывали там в 1965 году и вновь увиделись с некоторыми из ребят. Жители Нонантолы и дон Арриго не считали свой поступок геройским. Когда священника спрашивали о том, как он помог еврейским детям, он с присущей ему простотой отвечал: «Что еще я мог сделать?»

Фото были предоставлены Фондом «Вилла Эмма» (Fondazione Villa Emma)


Анна Лесневская

На эту тему:

ТЕГИ

НОВОСТИ ТОП 15

Колумнистика

Танцы с Холокостом

Танцы с Холокостом Алла Борисова:
Дорогие евреи и сочувствующие! Иногда кажется, что весь мир против нас. Что наша трагедия – это так лично, что лучше не трогать, вообще не касаться, не бередить. Один неловкий жест, одна неверная интонация – и будет больно. Когда посреди глупых...

Смерть без ответа

Смерть без ответа Алина Фаркаш:
Я целый год, с четырнадцати до пятнадцати, пыталась отравиться – настолько невыносимой мне казалась жизнь. Тогда не было интернета, а медицинские справочники не отвечали на интересующий меня вопрос. Поэтому я придумала набрать побольше разных...

Наши интервью

Маша Слоним: «Во время обыска я заснула»

Маша Слоним: «Во время обыска я заснула» Голос Русской службы «Би-Би-Cи» Маша Слоним по воле своей английской бабушки ходила в деревенскую школу, а в юности, подобно деду,...

Генрих Штейнберг: «Я послушался Романа Абрамовича»

Генрих Штейнберг: «Я послушался Романа Абрамовича» Вулканологов в мире – не больше, чем космонавтов, и один из них – Генрих Штейнберг, испытатель первых луноходов и владелец крупного...