actual

Матисьягу (в сефардском произношении — Матитьягу) — древнее еврейское имя, означающее «дар Б-га» (מתת יהו). Так звали сына первосвященника Йоханана, возглавившего восстание Маккавеев (Маккабим) против насильственного введения эллинизма в древней Иудее. Именно это имя и принял Матью-Пауль Миллер, родившийся в еврейской светской семье в США. Так его прозвали в еврейской школе, а повзрослев, он разыскал свои документы об обрезании и узнал, что его еврейское имя — Файвиш-Гершл. «Я не знал, что делать. Все называют меня Матитьягу, вызывают этим именем к Торе — и вдруг выясняется, что зовусь я совершенно иначе. Обратился к своему раввину, и тот сказал: “Никто не зовет тебя иначе, поэтому продолжай называться Матитьягу”». С 14-ти лет он увлекся музыкой хип-хоп. Со временем сформировались его музыкальные предпочтения, его особый, неповторимый стиль, сочетающий влияние Боба Марли и рэб Шломо Карлебаха с негритянской манерой хип-хопа и регги. Сегодня энергия его выступлений захватывает даже самых равнодушных, а сам он объясняет свой успех влиянием еврейского мировоззрения и утверждает, что иудаизм является сердцевиной его творчества, на которую опирается все остальное.

Накануне Песаха певец ответил на вопросы корреспондента «Chabad.org».

Вопрос: Как вы проводите Пасхальный седер?

Матисьягу: Самые ранние воспоминания о Пасхальном седере у меня связаны с дедушкой — он для нас, детей, устраивал настоящий спектакль, когда мы «воровали» афикоман. Мы все были невероятно довольны тем, что смогли перехитрить деда и украсть этот афикоман. А призы он нам какие давал за это… до сих пор вспоминаем!

Сейчас с Песахом у меня, конечно, возникают некоторые сложности. Я имею в виду и нервотрепку во время полной уборки дома, и сам седер, когда сидишь за столом и набиваешь желудок мацой до тех пор, пока не возникает ощущение, что горло вот-вот взорвется (смеется). Не так уж это и просто…

Вопрос: И все? Только уборка и невероятное количество мацы?

Матисьягу: Нет, конечно. В Песах мы ломаем привычные рамки, обретаем личную свободу. Каждый из нас так или иначе в течение всего года ведет «рабский» образ жизни, а Песах из этого рабства нас вызволяет. В течение этих восьми дней мы идем на определенные жертвы — и все ради высокой цели. Это ли не освобождение?

Вопрос: Как, по-вашему, человек становится свободным?

Матисьягу: Для меня это прежде всего медитация и внутреннее созерцание. Да и учение хасидизма играет далеко не последнюю роль.

Вопрос: И вы принимаете это освобождение осознанно?

Матисьягу: Я постоянно изучаю Тору, делаю акцент на хасидут, особенно накануне праздников. И именно эта непрерывная практика дает мне четкое понимание всех законов и обычаев. Моя жена тоже изучает Тору, и мы стараемся получить от этих знаний как можно больше.

Вопрос: А как такой образ жизни влияет на ваше творчество?

Матисьягу: Разумеется, мое мировоззрение отражается на песнях, которые я исполняю. Я всегда стремился к тому, чтобы придать музыке максимальную наполненность и смысл, к тому, чтобы она цепляла людей. Мне важно, чтобы они поняли: согласно хасидскому учению, музыка — это «мелодия души». Ведь именно музыка способна затронуть самые потаенные уголки души, когда слова бессильны. И, кстати, основной темой моей музыки является именно освобождение от рабства:

Ты сам — свой раб и не знаешь об этом…  и если стакан твой полон — скоро в нем не будет места.

Люди, как правило, считают рабством проявления извне, но на самом деле мы становимся рабами самих себя. Мир застрял под господством денег, общества, всеобщей напряженности, и суть личности каждого из нас под таким гнетом просто не получает шанса раскрыться.

И только осознав ценность собственного внутреннего мира, начинаешь взаимодействовать с миром изнутри, а не поддаваться его влиянию.

Вопрос: Похоже, вы мастерски расставили приоритеты…

Матисьягу: Недавно меня попросили навестить 18-летнего парня, который лежал в больнице с серьезным диагнозом. Для него мой визит был «последним желанием», хотя я молюсь о том, чтобы через пару лет сплясать на его свадьбе. Первое, о чем он меня попросил, рассказать ему о Ребе. Этот мальчик — еврей, но не из религиозной семьи. И вот первое, о чем он меня просит, это рассказать о Ребе. Это ли не чудо?.. Я рассказал ему несколько историй, и уже вечером, когда я ушел из больницы, до меня дошло, что все это случилось в день рождения Ребе. И я очень надеюсь на то, что таким образом сделал Ребе подарок. Я всегда мечтал с ним познакомиться, но не довелось… И вот в тот день я делал именно то, ради чего Ребе жил!

В определенном смысле эта ситуация тоже стала актом освобождения от рабства. Когда делаешь что-то для другого человека, твоему эго места уже не остается. Тот мальчик считал, что я оказал ему услугу, навестив его в больнице. На самом же деле, это он сам оказал мне огромную услугу!

Вопрос: Ну и напоследок?..

Матисьяху: Всем желаю хорошего Песаха и чтобы каждый нашел путь к личной и общей свободе. Мир вам!

См. также:

МАТИСЬЯГУ — хасид-суперзвезда